Проверки судебными приставами фактов, изложенных гражданами в жалобах на настойчивость коллекторов, не предполагают их неограниченного доступа к информации. По крайней мере, в действующих правовых условиях.

Верховный суд РФ в ноябре 2018 года признал незаконными действия судебных приставов по запросу информации, составляющей по факту тайну связи. В рамках дела № А53-18685/2017 речь, в частности, шла о понадобившейся территориальному подразделению ФССП детализации телефонных переговоров, которую его сотрудники попытались получить от оператора связи.

К приставам поступило обращение клиентки ООО «Кредитэкспресс Финанс», содержащее информацию о нарушении ее прав и законных интересов. В частности, как следовало из жалобы, в связи с наличием просроченной задолженности она стала получать телефонные угрозы от взыскателей. Номер, с которого они регулярно выходили на связь, обслуживало АО «Компания «ТрансТелеКом». И исполняющий обязанности заместителя руководителя Управления Федеральной службы судебных приставов по Ростовской области в мае 2017 года в целях проверки доводов жалобы на коллектора, якобы нарушающего установленные ограничения по взаимодействию с должником, направил в адрес компании «ТрансТелеКом» официальный запрос. В обоснование своих действий он ссылался на положения статьи 14 Федерального закона № 118-ФЗ «О судебных приставах».

У оператора, помимо заверенных копий договора оказания услуг телефонной связи, запрашивалась развернутая информация об абоненте, с телефонного номера которого поступали звонки заявителю-должнику по кредиту, а также данные обо всех случаях телефонных переговоров коллектора и должника и об sms-переписке. Оператор в данном случае не только отказался предоставить информацию, сославшись на тайну связи, но также обжаловал действия судебных приставов, направив в суд заявление о признании их незаконными и нарушающими его права. Причем отметим, компания проявила завидную настойчивость, дойдя до Верховного суда, ведь все три нижестоящие инстанции в разбирательстве заняли сторону ответчика.

В частности, Арбитражный суд Ростовской области в запросе судебного пристава не усмотрел противозаконных действий, полагая, что он исполнял свои должностные обязанности, реагируя соответствующим образом на обращение гражданина, и что без указанных в запросе данных служба не могла обеспечить надлежащий контроль за соблюдением законодательства о защите прав и законных интересов физических лиц. Суды апелляционной инстанции и округа с такими выводами полностью согласились и также не нашли оснований для признания действий пристава незаконными. И более того, даже назвали их единственно верными для подобных случаев.

Не исключено, что в числе прочего такая позиция обусловлена, скажем так, стихийно сложившимся порядком. Как известно, полномочия по контролю над коллекторским рынком Федеральная служба судебных приставов получила с 2017 года. Федеральный закон от 3 июля 2016 года N 230-ФЗ «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности» был принят в определенной степени поспешно как реакция на череду громких скандалов с коллекторами. И уже в процессе правоприменения становится очевидно, что имеющиеся механизмы контроля не совсем эффективны на практике и нуждаются в совершенствовании или хотя бы в уточнении. Выявляется немало технических нестыковок с другими законодательными актами. У ведомства по факту оказался крайне невелик арсенал рычагов воздействия и довольно скромное количество источников получения необходимой информации. И по понятным причинам они зачастую взаимодействовали с телекоммуникационными компаниями, которые могут быть единственными обладателями сведений о телефонных соединениях.

И вот в этой плоскости как раз нельзя игнорировать важный нюанс. Согласно статье 53 ФЗ «О связи», информация о юрлице, запрашиваемая в данном случае управлением ФССП, а именно – сведения о соединениях одного звонившего с другим, представляет собой не что иное, как охраняемую действующим законодательством тайну телефонных переговоров. Существует четкий и конкретный порядок получения их детализации. Доступ к такой информации получают только органы, которые осуществляют оперативно-розыскную деятельность (Федеральная служба судебных приставов к таковым не относится). Более того, известно, что статьей 23 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Ограничение этого права допускается только на основании судебного решения.

При этом подкрепляя свой отказ в предоставлении запрашиваемых приставами сведений, «Компания «ТрансТелеКом» сослалась и на правовую позицию, сформулированную Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 02.10.2003 № 345-О. В нем четко расписано, что информацией, составляющей охраняемую Конституцией и действующими на территории Российской Федерации законами тайну телефонных переговоров, считаются любые сведения, передаваемые, сохраняемые и устанавливаемые с помощью телефонной аппаратуры, включая данные о входящих и исходящих сигналах соединения телефонных аппаратов конкретных пользователей связи (детализация переговоров), а для доступа к указанным сведениям органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, необходимо получение судебного решения.

В свете всего этого Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного суда РФ посчитала выводы нижестоящих инстанций ошибочными, ее определением были отменены ранее принятые акты. Определение подтвердило правомерность отказов операторов связи в предоставлении ФССП детализации звонков и sms, законодательством не предусмотрены такие обязанности для них. «<…> исходя из того, что к компетенции Федеральной службы судебных приставов относится осуществление функций по контролю за деятельностью юридических лиц, возложенных Законом № 230-ФЗ, и АО «Компания ТрансТелеКом» не осуществляет деятельность, связанную с возвратом просроченной задолженности, Судебная коллегия полагает, что в рассматриваемой ситуации направление запроса оператору связи, не может быть признано законным и обоснованным», - читаем в определении. Таким образом, суд четко разграничил имеющееся по закону у Федеральной службы судебных приставов право получать от операторов связи доступ к персональным данным (например, кому принадлежит конкретный телефонный номер) и запрет на доступ к сведениям об абоненте-юридическом лице, которые относятся к тайне связи. И те, и другие сведения строго охраняются законом, но они не являются тождественными понятиями и степень защиты имеет различный правовой характер.

Кроме того, ВС РФ указал, что управлением ФССП не предоставило доказательств принятия мер по получению необходимой информации непосредственно у ООО «КредитЭкспресс Финанс» с целью проверки фактов нарушения последним обязательных требований. Также, на наш взгляд, немаловажно, что высшая инстанция уточнила: положения Закона о судебных приставах, на которые при отстаивании своей позиции ссылались представители ФССП, не распространяют свое действие на исполнение федерального государственного контроля (надзора) за деятельностью включенных в реестр юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности.

Надо отметить, что высшая инстанция высказалась очень однозначно о недопустимости истребования у операторов связи «недоступной» ФССП информации: права, предоставленные административному органу при исполнении им тех или иных государственных функций, сами по себе без прямой отсылки не изменяют режим доступа к охраняемым сведениям. По большому счету, это сигнал отечественным операторам связи по поводу того, что запросы от органов власти и их подразделений нужно внимательно анализировать и критически оценивать на предмет правомерности. Соответственно тем, кто все же передает охраняемые данные регуляторам, в случае обнаружения таких фактов вполне может грозить ответственность вплоть до уголовной за несоблюдение норм Конституции и превышение полномочий.

В связи с этим высказываются мнения, что позиция Верховного суда РФ может затруднить надзор за коллекторами. Как показывает практика, одним из самых распространенных нарушений требований 230-ФЗ является превышение количества телефонных звонков. Именно этим продиктована необходимость обращения судебных приставов к операторам связи для получения данных о принадлежности телефонных номеров, количестве и времени соединения абонента, обратившегося за защитой своих прав, и предполагаемого нарушителя. В итоге одни операторы, как говорится, шли навстречу и предоставляли приставу запрашиваемые данные, а другие – чувствуя щекотливость и неоднозначность вопроса, от этого уклонялись. Понятно, если информацию приставам удается получить, она может стать основой доказательной базы при возбуждении дел об административных правонарушениях. По отзывам приставов, именно ее отсутствие часто затрудняет привлечение к ответственности коллектора, нарушающего частоту взаимодействия с использованием средств телефонной связи. И по всей видимости, после судебного акта ВС РФ развернутых ответов от операторов ФССП будет получать уже намного реже.

Не исключено, что в будущем этот момент все же будет законодательно отрегулирован, так как проблема осуществления приставами контроля за деятельностью коллекторов по-прежнему остается открытой. Так, мы видим, что уже предпринимаются некоторые попытки: с августа прошлого года ФССП наделена полномочиями по проведению административного расследования при выявлении правонарушения. Это означает, что должностные лица службы вправе в соответствии с КоАП РФ истребовать необходимые сведения и информацию. В случае отказа в их предоставлении в рамках административного расследования должностные лица службы вправе возбудить дело об административном правонарушении. Но опять же из этого прямо не следует, что у ФССП вдруг появилось безусловное право на получение информации, охраняемой Конституцией РФ.

На мой взгляд, сейчас обществом четко сформулирован запрос о поиске реального баланса между необходимостью исполнения государственной функции и уважением к конфиденциальности различного рода информации. Попытку обнаружить его и как раз обозначить некие стандарты истребования административными органами различной конфиденциальной информации и предпринял Верховный суд РФ.

Напоследок в связи с остротой темы вкратце резюмируем вопрос, какой информацией об абонентах и с кем могут делиться операторы связи по действующему законодательству. Во-первых, органы, которые осуществляют оперативно-розыскную деятельность и обеспечивают безопасность РФ, могут запрашивать информацию, которая необходима для «выполнения возложенных на эти органы задач». Во-вторых, персональными данными телекоммуникационные компании могут делиться с судебными приставами по их запросам – правда, если речь идет об абоненте-физлице, то передача этих сведений возможна исключительно на основании судебного акта. Кроме того, информацию вправе запрашивать суд в рамках рассматриваемых им дел и в объеме, необходимом для рассмотрения.

Ниже публикуется текст определения Верховного суда Российской Федерации по делу № А53-18685/2017 от 14.11.2018.

Заместитель генерального директора
ОАО «Юридическое агентство «СРВ»
Золотарев М.В.



ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва
14 ноября 2018 г.
Дело № А53-18685/2017



Резолютивная часть определения объявлена 07 ноября 2018 года.
Полный текст определения изготовлен 14 ноября 2018 года.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в составе: председательствующего судьи Антоновой М.К., судей Прониной М.В., Тютина Д.В. рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Компания ТрансТелеКом» на решение Арбитражного суда Ростовской области от 08.09.2017, постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.11.2017 и постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 06.03.2018 по делу № А53-18685/2017 по заявлению акционерного общества «Компания ТрансТелеКом» (далее - общество) к исполняющему обязанности заместителя руководителя

Управления Федеральной службы судебных приставов по Ростовской области Тарасову Максиму Михайловичу (далее - судебный пристав) и Управлению Федеральной службы судебных приставов по Ростовской области (далее - управление) о признании незаконными действий об истребовании информации (с учетом определения от 07.07.2017).

В заседании приняли участие представители: от общества - Туфар Г.Ф., Финкель М.В.; от управления - Николаев И.А., Соколов В.В., Фалин Д.А.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Антоновой М.К., выслушав объяснения представителей участвующих в деле лиц, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации

УСТАНОВИЛА:

решением Арбитражного суда Ростовской области от 08.09.2017, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.11.2017 и постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 06.03.2018, в удовлетворении заявленного требования отказано.

В кассационной жалобе, направленной в Верховный Суд Российской Федерации, общество просит отменить принятые по делу судебные акты и направить дело на новое рассмотрение, ссылаясь на допущенные нарушения в толковании и применении норм материального права, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных права и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской деятельности.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Антоновой М.К. от 29.08.2018 кассационная жалоба общества вместе с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Основаниями для отмены или изменения Судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации судебных актов в порядке кассационного производства являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов (часть 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Изучив материалы дела, проверив в соответствии с положениями статьи 291.14 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации полагает, что принятые по делу судебные акты подлежат отмене по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судами, в управление поступило обращение Лебедевой А.С. от 16.05.2017, содержащее информацию о нарушении обществом с ограниченной ответственностью «Кредитэкспресс Финанс» ее прав и законных интересов при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности.

В целях проверки доводов обращения физического лица на действия организации, осуществляющей взыскание кредитной задолженности, заместителем руководителя управления в адрес заявителя, оказывающего услуги связи, направлен запрос от 19.05.2017 № 61919/17/20483-МТ о предоставлении информации об абоненте, с телефонного номера которого физическому лицу поступали телефонные звонки, в том числе о наименовании организации, адресе регистрации и местонахождении; о предоставлении заверенных копий договора оказания услуг телефонной связи, заключенных между обществом и организацией, у которой находится в пользовании спорный абонентский номер телефона; предоставлении данных о всех случаев осуществления переговоров в телефонном режиме с обратившимся в управление лицом с указанием даты, времени и длительности переговоров, а также об отправлении и получении обратившимся в управление лицом смс-сообщений с указанием даты и времени их отправки.

Общество отказало управлению в предоставлении указанной информации.

Полагая, что запрос, поступивший от должностного лица управления, является незаконным и нарушает его права, общество обратилось в суд с соответствующим требованием.

Отказывая в удовлетворении заявления общества, суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу об отсутствии оснований для признания указанных действий незаконными.

Суды апелляционной инстанции и округа согласились с выводами суда первой инстанции.

Судебные инстанции исходили из того, что направление запроса о предоставлении информации осуществлено должностным лицом управления в рамках исполнения своих обязанностей по рассмотрению заявления физического лица о нарушении его прав и законных интересов при осуществлении иной организацией деятельности по возврату просроченной задолженности. Иное понимание закона не предоставляет контролирующему органу возможности обеспечить надлежащий контроль за соблюдением действующего законодательства о защите прав и законных интересов физических лиц, в том числе в рамках Федерального закона № 230-ФЗ и Федерального закона № 59-ФЗ.

Между тем, по мнению Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, выводы судов являются ошибочными.

В соответствии со статьей 2 Федерального закона от 21.07.1997 № 118-ФЗ «О судебных приставах» (далее - Закон № 118-ФЗ) судебные приставы в своей деятельности руководствуются Конституцией Российской Федерации, настоящим Федеральным законом, Федеральным законом «Об исполнительном производстве» и другими федеральными законами, а также принятыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами.

С 01.01.2017 вступил в силу Федеральный закон от 03.07.2016 № 230-Ф3 «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях» (далее - Закон № 230-Ф3), который в целях защиты прав и законных интересов физических лиц устанавливает правовые основы деятельности по возврату просроченной задолженности физических лиц (совершения действий, направленных на возврат просроченной задолженности физических лиц), возникшей из денежных обязательств.

Указом Президента Российской Федерации от 15.12.2016 № 670 и постановлением Правительства Российской Федерации от 19.12.2016 № 1402 «О федеральном органе исполнительной власти, уполномоченном осуществлять ведение государственного реестра юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности, и федеральный государственный контроль (надзор) за деятельностью юридических лиц, включенных в указанный реестр» на Федеральную службу судебных приставов, являющуюся федеральным органом исполнительной власти, возложены обязанности по ведению государственного реестра юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности, и федеральный государственный контроль (надзор) за деятельностью юридических лиц, включенных в указанный реестр.

В рамках настоящего дела судебными инстанциями установлено, что действия по истребованию информации у общества осуществлены должностным лицом управления в связи с рассмотрением обращения физического лица о нарушении его прав и законных интересов при осуществлении действий по возврату просроченной задолженности ООО «Кредитэкспресс Финанс».

Из имеющегося в материалах дела запроса о предоставлении информации усматривается, что сведения для всестороннего изучения доводов поступившей жалобы истребованы судебным приставом у общества в порядке статьи 14 Закона о судебных приставах и статьи 18 Закона № 230-Ф3.

Вместе с тем управлением и судами не учтено, что положения статьи 14 Закона о судебных приставах в рассматриваемом случае неприменимы, поскольку данная норма права относится к реализации полномочий в соответствии с законодательством Российской Федерации об исполнительном производстве и не распространяет свое действие на исполнение федерального государственного контроля (надзора) за деятельностью включенных в реестр юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности, предусмотренного Законом № 230-ФЗ.

В силу части 1 статьи 18 Закона № 230-ФЗ федеральный государственный контроль (надзор) за деятельностью юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности, включенных в государственный реестр (далее - юридические лица), осуществляется уполномоченным органом в соответствии с Федеральным законом от 26.12.2008 № 294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» (далее - Закон 294-ФЗ) с учетом установленных настоящим Федеральным законом особенностей организации и проведения проверок.

Поступление в уполномоченный орган сведений о фактах нарушения юридическим лицом требований названного Закона является основанием для проведения внеплановой проверки (часть 2 статьи 18).

Законом № 230-ФЗ установлены способы взаимодействия юридического лица с должником (статья 4); ограничения использования отдельных способов взаимодействия с должником (статья 5); условия осуществления отдельных способов взаимодействия с должником (статья 7).

Приказом Министерства юстиции России от 30.12.2016 № 332 утвержден Административный регламент исполнения Федеральной службой судебных приставов государственной функции по осуществлению контроля (надзора) за деятельностью юридических лиц, включенных в государственный реестр юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности (далее - Административный регламент).

Административный регламент исполнения Федеральной службой судебных приставов названной государственной функции определяет сроки и последовательность административных процедур (действий) по обеспечению исполнения государственной функции, а также устанавливает порядок взаимодействия ФССП России, ее территориальных органов, их должностных лиц с юридическими лицами, включенными в государственный реестр (далее - юридические лица), их руководителями и иными должностными лицами, их уполномоченными представителями при исполнении государственной функции (пункт 1 Административного регламента).

Основанием для начала административной процедуры (проведения внеплановой проверки юридического лица) является, в том числе поступление в территориальный орган ФССП России сведений о фактах нарушения юридическим лицом обязательных требований (подпункт 2 пункта 39 Административного регламента).

В соответствии с подпунктом 1 пункта 6 Административного регламента должностные лица ФССП России (территориального органа ФССП России) при исполнении государственной функции имеют право запрашивать и получать от юридических лиц информацию и документы, необходимые для проверки соблюдения ими обязательных требований.

Согласно части 9 статьи 7 Закона № 230-Ф3 кредитору или лицу, действующему от его имени и (или) в его интересах, для осуществления непосредственного взаимодействия с должником посредством телефонных переговоров разрешается использовать только абонентские номера, выделенные на основании заключенного между кредитором или лицом, действующим от его имени и (или) в его интересах, и оператором связи договора об оказании услуг телефонной связи. При этом запрещается скрывать информацию о номере контактного телефона, с которого осуществляется звонок или направляется сообщение должнику, либо об адресе электронной почты, с которой направляется сообщение, либо об отправителе электронного сообщения.

В силу пункта 3 статьи 17 Закона № 230-ФЗ юридическое лицо обязано вести аудиозапись всех случаев непосредственного взаимодействия с должниками и иными лицами, направленного на возврат просроченной задолженности, предупреждать должника и иных лиц о такой записи в начале взаимодействия, а также обеспечивать хранение на электронных носителях аудиозаписей до истечения не менее трех лет с момента осуществления записи.

Из приведенных нормативных положений следует, что Федеральная служба судебных приставов, являясь органом государственного контроля, при рассмотрении обращения физического лица о нарушении его прав и законных интересов при осуществлении юридическим лицом действий по возврату просроченной задолженности наделена полномочиями на получение сведений, необходимых для выполнения возложенных на нее функций, следовательно, и на направление запросов в кредитные организации, перед которыми у должника сформировалась задолженность, а также объективную возможность на получение информации по запросу, учитывая наличие у таких лиц, установленных Законом № 230-ФЗ обязанностей и запретов.

При этом сам факт направления судебным приставом запроса надлежащему лицу для получения сведений, необходимых для выполнения возложенных на него функций, не указывает на проведение каких-либо проверок в отношении юридического лица, не свидетельствует о вмешательстве в его деятельность и не освобождает кредитную организацию от обязанности предоставить сведения, запрашиваемые государственным органом в рамках Закона № 230-ФЗ.

Неисполнение и (или) нарушение лицом, включенным в государственный реестр юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности, требований и ограничений, установленных в отношении указанных лиц законодательством Российской Федерации о защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности может быть квалифицировано в качестве административного правонарушения, ответственность за совершение которого предусмотрена Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, в том числе положениями статей 14.57 и 19.7 названного кодекса.

Таким образом, исходя из того, что к компетенции Федеральной службы судебных приставов относится осуществление функций по контролю за деятельностью юридических лиц, возложенных Законом № 230-Ф3, и АО «Компания ТрансТелеКом» не осуществляет деятельность, связанную с возвратом просроченной задолженности, Судебная коллегия полагает, что в рассматриваемой ситуации направление запроса оператору связи, не может быть признано законным и обоснованным.

Доказательств, подтверждающих наличие оснований для истребования у общества информации, управлением в материалы дела не представлено.

Кроме того, управлением не доказано, что им были предприняты меры к получению необходимой информации у ООО «Кредитэкспресс Финанс» с целью проверки фактов нарушения юридическим лицом обязательных требований, а также соблюден порядок взаимодействия с юридическим лицом при исполнении государственной функции в соответствии с Административным регламентом.

При таком положении вывод судов о том, что оспариваемые действия соответствуют действующему законодательству и не нарушают права и законные интересы заявителя, является незаконным.

На основании изложенного принятые по делу судебные акты подлежат отмене на основании части 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, как принятые с существенным нарушением норм материального права, а кассационная жалоба общества - удовлетворению.

Руководствуясь статьями 176, 291.11 - 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации

УСТАНОВИЛА:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 08.09.2017, постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.11.2017 и постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 06.03.2018 по делу № А53-18685/2017 отменить.

Требование акционерного общества «Компания ТрансТелеКом» удовлетворить.

Признать незаконными действия исполняющего обязанности заместителя руководителя Управления Федеральной службы судебных приставов по Ростовской области Тарасова Максима Михайловича, выразившиеся в направлении в адрес акционерного общества «Компания ТрансТелеКом» запроса от 19.05.2017 № 61919/17/20483-МТ об истребовании информации.

Председательствующий
Судьи
М.К.Антонова
М.В.Пронина
Д.В.Тютин